Я же с дальней дорогой знаком по другому слушать бесплатно

Генри Райдер Хаггард. Возвращение Айши (читать, скачать бесплатно)

Вы просили подать знак, и вам Бог (судьба, Вселенная и пр.) . чувство внутри – это знак, посылаемый человеку подсознанием, внутренним «я», Внутренний голос следует слушать не только в сфере личных отношений. перемен в жизни, но не знаете, какое решение принять, какой дорогой пойти . На данной странице вы можете скачать бесплатно песню Татьяна Рузавина и Сергей Таюшев Я же с дальней дорогой знаком по-другому,. Как уеду. Действие романа Ю.Тупицына Дальняя дорога переносит читателя в отдаленное будущее, в XXIII век. ПЕРЕД ДАЛЬНЕЙ ДОРОГОЙ . В иных мирах я на работе, а здесь на отдыхе. Если за этим не стоит ничего другого — плохо. .. Этот парк, прилегающий к институту, был конечно же хорошо знаком.

И каждая такая игла — город со своими коммуникациями, снабжением, очагами культуры и отдыха. Лорка окинул взглядом туманный горизонт, где море незаметно сливалось с чуть заоблаченным небом. Сколько домыслов, фантазий и прогнозов существовало на этот счет в прошлом. Города и отрицали и прославляли; делали из них и мрачные трущобы — каменные джунгли, изолированные от окружающего мира, и роскошные города-дворцы, уставленные тяжкими приземистыми зданиями прошлого, и города-парки, право же, мало чем отличавшиеся от тогдашних сел и деревень.

Берегите друзей

Действительность, как и всегда, оказалась многограннее, неисчерпаемее и в то же время утилитарнее домыслов. Вереницы городов-игл вдоль благодатных морских побережий, которые давали человеку максимум удобств для пользования дарами своего отца-прародителя — океана. Города-чаши на севере с круглыми террасами постепенно снижающихся улиц и озером посредине; такие города при необходимости было легко прикрыть прозрачным куполом и избавить от бурь, пурги и лютых морозов. Города-пирамиды в тропиках, которые своими верхними жилыми поясами уходили от душного зноя низин в свежую, здоровую небесную прохладу.

Города-музеи, законсервировавшие лучшие творения гениальных зодчих прошлого. И многочисленные городки-дачи вокруг этих гигантов и сверхгигантов. Федор достал большой белый платок, вытер лицо, шею и неторопливо начал спускаться вниз, к зеленым садам и разноцветным домикам. Настоящий, щедрый, бесшабашный южный сад. Виноград, персиковые и сливовые деревья, яблони, смоковницы, айва. И всюду среди зелени тяжелые, ароматные, вот-вот готовые сорваться с ветки на землю и брызнуть спелым соком кисти и плоды.

Но почему-то Лорку куда больше поразило красочное, мягкое, задумчивое многообразие роз. Каких только роз не было в этом знойном, пряном саду! Розы-гиганты, тяжко клонившиеся к земле в гордом и грустном одиночестве, и мини-розочки, сплошным покровом, похожим на сказочный пестрый снег, одевавшие кусты. Пышные корзины, терявшие лепестки при малейшем дуновении ветерка; тугие початки, лишь слегка развернувшиеся на самом кончике; кудрявые головки, будто прошедшие через ловкие руки опытного парикмахера; немудрящие простенькие цветочки, доверчиво глядящие на мир желтыми глазами, опушенными веером розовых ресниц-лепестков; и розы, просто розы, которые и не хотелось сравнивать ни с чем другим.

Розы белые, чайные, лазоревые, алые, лиловые, огненно-красные, пурпурные и даже черные. Глаза и тянулись к этому многоцветью, и уставали от него, а все эти оттенки подсознательно и прочно связывались со свежим тонким ароматом, который ощутимо холодил неподвижный жаркий воздух. То был Ревский, в прошлом один из самых известных космонавтов-гиперсветовиков, а ныне член Верховного Совета Земли. Лорка не заметил его сразу потому, что Ревский сидел на корточках, а его белая курчавая голова терялась среди цветов, сливаясь с.

Разогнувшись, Ревский медленно двинулся вдоль линии кустов. Он то и дело наклонялся, что-то ощипывал, подрезал, обирал руками сонные увядающие лепестки.

Игорь Растеряев. Русская дорога - Russian road. Russian. Harmonica.

Движения его рук были плавны, замедленны, будто он гипнотизировал своих красочных подопечных. Лорка подождал, не заметит ли его Ревский, но для того, видно, сейчас никого и ничего не существовало, кроме роз. Тогда Федор негромко сказал: Тупицын, Ревский поднял голову, поискал глазами, кто его зовет, и наконец с улыбкой распрямился.

Ревский засмеялся, но глаза у него были невеселыми, и Лорка машинально отметил. Вытираясь полотенцем, висевшим у него на поясе, Ревский предложил: Прямо с дерева, с куста. С солнцем, с воздухом! Я ем, и. Лорка засмеялся — так не вязалась хмурость Ревского с этим солнечным садом.

Ревский внимательно взглянул на него, повернулся и пошел к винограднику, а Лорка присел в тени. Под деревом стоял столик, врытый прямо в землю, три табурета, сделанные нарочито грубо из полированного дерева, и качалка, которую Ревский считал удобнейшей в мире, видимо, потому, что, как и всю остальную садовую мебель, смастерил своими руками.

По столику ползали крупные муравьи. Лорка брезгливо поморщился, отодвинулся со своим табуретом подальше и посмотрел вверх. Дерево было таким густым, что совсем не пропускало солнечных лучей. По его нижним ветвям вилось несколько виноградных лоз. Черно-сизая, плотно сбитая кисть винограда висела прямо над головой Лорки. Приподнимись, рви и ешь, захлебываясь сладким терпковатым соком.

Но в этот момент откуда-то, может быть, прямо с этой кисти, на колени Лорки упал жук. Лорка стряхнул его мгновенным инстинктивным движением руки, покосился вверх и вздохнул. Ревский явился свежеумытый, в легкой белой рубашке с открытым воротом, в руках он нес большое блюдо, прикрытое скатертью.

Уничтожает тлей, с которыми даже мы, люди двадцать третьего века, ничего не можем поделать. Лорка покорно взял из его рук тяжелое блюдо. Ревский, ловко расставлявший на столе бокалы, тарелки, ножи, спросил ворчливо: Главное — знаю, что даже такой чревоугодник, как ты, есть их не. Из некоторых сортов роз получается отличное варенье. По-моему, это что-то вроде каннибализма. Только уж очень много всякого зверья. Иди мой руки вон там, в фонтанчике. Лорка мыл руки с тщательностью врача, готовящегося к хирургической операции.

Не оборачиваясь и не поднимая головы, он сказал: На отдыхе мне нужен комфорт, стерильная чистота, кондиционированный воздух, безмолвные всепонимающие киберы, людская толпа, высотные здания, воздушные мосты и случайные знакомства. А не дурацкая природа со зноем, вонью, мухами и тараканами. Может быть, этот сад — просто декорация, а насекомые — киберы? Лорка с наслаждением подставил под свежую распыленную струю воздуха руки, голову, лицо и открытую шею. Все это он делал с ленивой грацией сытой кошки, занимающейся своим туалетом.

Иди пробовать продукты моей декорации. Лорка перекрыл воздушную струю и направился к столу. Ревский с удовольствием смотрел, как он идет, мягко, непринужденно, не идет, а танцует. Легонько покачивая бокал, Лорка скептически разглядывал его содержимое. Лорка поднял бокал на уровень глаз. Темный тяжелый напиток играл, светился насыщенным рубиновым огнем. Все еще разглядывая на свет вино, Лорка тихо, совсем без эмоций продекламировал: Поэт, писатель, журналист, глашатай империализма.

Здорово написал этот глашатай. Лорка отпил маленький глоточек, сморщился, одним глотком ополовинил бокал и сморщился еще. Во рту вяжет, в горле жжет, и в общем гадость. Что-то вроде сока с хреном. Он отпил из своего бокала и старательно изобразил на лице наслаждение. Вино это получило Гран-При на конкурсе любителей-виноделов!

Люблю виноград и не люблю вино. Может быть, с годами исправлюсь? Он сунул в рот большущую сизую виноградину с грецкий орех величиной. Ревский, с улыбкой глядя на него, подумал: Лорка, с любопытством мальчишки пробовавший то один сорт винограда, то другой, спросил: Он сидел, опершись локтями на стол, и внимательно смотрел на Лорку.

У него букет хорош. Лорка мельком взглянул на старого космонавта. А я — то думал — на виноград! А Ким не пожелал браться за дело без своего напарника. Лорка бросил в рот крупную виноградину, раздавил ее языком и не совсем внятно проговорил: Если он согласится, тогда можно серьезно обсудить предложение совета. Ревский помрачнел и угрюмо буркнул: Лорка удивленно взглянул на. Лорка расстался с Тимом всего два дня назад, он проводил своего друга до трапа баллистической ракеты, которая шла вокруг света с посадкой на Гавайях и Бермудских островах.

И вдруг такая весть! Лорка хотел что-то сказать, но спазма вдруг перехватила горло и скривила губы. Разумом он уже понял и поверил, что Тима — одного из самых близких ему людей во всем мире — больше нет, но сердце бунтовало и верить отказывалось.

  • Book: Знаки и символы. Как научиться читать подсказки судьбы
  • Дальняя дорога (fb2)
  • Сто суток войны (fb2)

Это противоборство чувств и мыслей корежило, ломало психику безжалостнее и горше физической боли. Лорка изумленно поднял голову. Он же плавал как рыба! Ревский медленно, словно нехотя, рассказывал подробности гибели Тима. Его пытались отговорить, но Тим все-таки нырнул под набегавшую волну.

Тело Тима так и не найдено до сих пор, но спасательный пояс, узкий поясок, обнимающий талию каждого пловца, выбросило на берег. Видимо, Тим перепутал кнопки и, вместо того чтобы включить его, расстегнул. Ревский говорил, но Лорка почти не слушал. Что значили эти подробности, когда Тима нет в живых?

Да, Ревский был прав. Люди опасных профессий нередко гибнут не в настоящей, боевой схватке, а вот так, по-пустому. Их трудовая жизнь проходит в особом мире постоянного нервного напряжения, где приходится рассчитывать каждый шаг. И вот такой человек отправляется отдыхать и попадает в совершенно иной мир — отрегулированный, спокойный, размеренный.

Разве не естественно сбросить напряжение, расслабиться? А у этого спокойного мира есть свои маленькие, но ядовитые коготки: Да потом людям героических профессий просто скучно среди зарегулированной, размеренной жизни. Им хочется прежних ярких ощущений: Александр Македонский, Юрий Гагарин, Магеллан, Панчо Вилья, Котовский, Камо — разве все они не погибли после великих свершений случайно, глупо и обидно до слез!

Ревский давно закончил свой рассказ, а Лорка все сидел, уронив голову, невидяще глядя куда-то мимо старшего товарища. Ревский шумно вздохнул и потянулся к бутыли с вином. Густая темная струя с легким звоном наполнила один бокал, затем. Лорка посмотрел на бутыль, перевел свой отсутствующий взгляд на Ревского. Он медленно, глоток за глотком, как воду, выпил вино, поставил опустевший бокал на стол и опять ушел в. Это лучшее, что ты можешь сделать в память о Тиме. Я увидел, что она тянет вверх руку точно таким же жестом, каким убила, вернее, обрекла на смерть, колдуна.

Но затем, видимо передумав, она указала на Ханию. Не пошевелилась, не произнесла ни слова, лишь указала на Ханию — ив тот же миг гневные слова застыли на устах Атене, ее глаза утратили яростный блеск, кровь отхлынула от щек. Да, она стала такой же бледной и безмолвной, как и тело, что покоилось в гробу позади. Укрощенная невидимой силой, она хлестнула коня с таким бешенством, что он молнией пронесся мимо нас в селение, где должна была остановиться погребальная процессия. Когда Шаман Симбри проезжал мимо Ороса, жрец схватил его коня за узду и сказал: Предупреди же ее, чтобы она не смела больше так отзываться о властительнице этой страны: Передай ей от меня, что, не будь она вестницей смерти, чья особа, как известно, неприкосновенна, она наверняка разделила бы участь своего господина.

Прощай, завтра мы поговорим вновь. Вскоре траурная процессия была уже на большом отдалении от нас; мы вышли из горловины и направились вверх по склону, к нижнему краю сверкающих снегов. В тот миг, когда мы выбрались из темного ущелья, где нависающие сосны преграждали доступ дневному свету, мы вдруг хватились нашей проводницы: На том разговор и кончился.

И все же я так и не понял: Может быть, нырнула в одну из многочисленных пещер и галерей, которыми, как соты, была пронизана вся Гора. Подъем продолжался до самого вечера; мы медленно приближались к краю снегов; все это время мы расспрашивали жреца Ороса обо всем нас интересовавшем.

Вот что мы от него узнали. В самом начале мира, так сказал Орос, тысячи и тысячи лет назад на Горе господствовал культ огня; во главе этого культа стояла женщина, верховная жрица. Однако около двадцати веков назад страна была захвачена военачальником Рассеном, который объявил себя Ханом Калуна.

Рассен привел с собой новую верховную жрицу, которая поклонялась египетской богине Хес, или Исиде. Эта женщина заменила чистый и простой культ огня на новую религию, которая сочетает некоторые старые обряды с поклонением Духу Жизни, или Природе, чьей земной представительницей и является жрица. Вся община, по его словам, насчитывает всегда ровно триста жрецов и столько же жриц. Желающим разрешается жениться или выйти замуж, из их детей и вырастают новые поколения жрецов и жриц.

Поэтому они отличаются своими расовыми особенностями от всех остальных. Это, собственно, было ясно и без его объяснений; все, кто составлял наш эскорт, очень походили друг на друга: Мы спросили Ороса, человеческими ли руками создан этот огромный каменный Знак Жизни, возносящийся над вершиной Горы.

В гигантской каменной скале первая жрица узнала знакомый египетский Знак Жизни; под ним она и расположила свои жертвенники. Гора с ее широкими склонами и прилегающими землями населена множеством полудиких людей, признающих верховную власть Хесеа, приносящих ей все необходимое, включая еду и металлы. Жрецы, однако, выращивают много скота и зерна, даже на затененных участках; металлы же они обрабатывают собственными руками. Их власть зиждется на чисто моральной основе; в течение многих веков Община не вела никаких завоевательных войн, а сама Мать ограничивается лишь наказанием преступников — мы уже видели, как это делается.

Жрецы не несут никакой ответственности за мелкие стычки между племенами и обитателями Равнины; вождей, которые их ведут, смещают, если, конечно, они не стали жертвами нападения. Но все племена приносят клятву защищать Хесеа и Общину и, несмотря на внутренние распри и междоусобицы, готовы погибнуть за нее все, до последнего. Но они убеждены, что надвигается решительная война между жрецами Горы и обитателями Калуна, и уже делают все необходимые приготовления.

Таковы были сообщенные им сведения, и все дальнейшее подтвердило их достоверность. К закату мы достигли большой, в несколько тысяч акров, чаши, расположенной ниже снегов и наполненной плодородной землей, смытой, как я полагаю, с верхних склонов. Это место — оно находилось с юго-западной стороны Горы — и самой своей конфигурацией, и нависающими скалами было хорошо укрыто от холодных ветров, и даже на такой высоте здесь снимали обильные урожаи пшеницы и других злаков, выращиваемых обычно в странах с умеренным климатом.

Поля принадлежали Общине и были прекрасно возделаны. В эту долину, снизу она была невидима, мы вошли через узкий проход, который можно легко оборонять от целой армии.

Указание Указания по применению дорожных знаков

Не буду описывать другие особенности долины, скажу только, что почва здесь подогревается вулканическим теплом, а если время от времени случаются извержения, то потоки лавы проходят севернее или южнее. Миновав поля, огороды и сады, мы подошли к небольшому городку с красивыми домами из базальта. Здесь обитали жрецы, здесь они находились, если не исполняли священные обязанности; но горцам и чужеземцам путь в это место был строго заказан.

Идя по главной улице, мы уперлись в отвесный каменный склон, где был высечен портал с массивными железными воротами поистине фантастической работы. Тут, прихватив с собой моего коня, наш эскорт повернул обратно, — и мы остались одни вместе с Оросом. При нашем приближении ворота открылись. С какими чувствами мы вошли внутрь — я даже не берусь описывать; пройдя по короткому темному коридору, мы оказались перед высокими окованными дверями.

Они также растворились сами; в следующий миг мы попятились назад, пораженные и полуослепленные ярчайшим светом, который хлынул нам в.

Попробуйте представить себе неф самого большого алтаря, что вам когда-либо приходилось видеть; удвойте, утройте его размеры — и вы получите кое-какое представление о храме, где мы очутились. Можно предположить, что некогда здесь была огромная пещера, но кто может сказать с уверенностью?

Дальняя дорога (fb2) | КулЛиб - Классная библиотека! Скачать книги бесплатно

И гладкие стены, и многочисленные колонны, что возносились к сводчатому потолку далеко вверху, были плодом труда людей, давно уже умерших, вне всякого сомнения, тех огнепоклонников, что жили здесь тысячи лет. Но самое любопытное — как освещался этот огромный храм; ни за что не догадаетесь.

С помощью витых столбов пылающего огня. Я насчитал восемнадцать, но, может быть, их было и. Они поднимались из отверстий в полу, как бы отделяя своими рядами боковые приделы. Огненные столбы возносились до самого потолка, одинаково высокие и широкие — так могуч был напор газа; верхушки их терялись в вытяжных трубах, проделанных в толще Горы.

От огня не исходило ни запаха, ни дыма, ни хотя бы тепла, которое было бы хорошо ощутимо в большом, холодном Святилище; лишь ослепительно белый, как от расплавленного чугуна, свет и такое громкое шипение, будто здесь собрались тысячи и тысячи разгневанных змей. Во всем этом обширном Святилище не было ни единой души, и если бы не этот шипящий звук, который заполнял все кругом, стояла бы мертвая тишина; мы были подавлены этим ужасающим величием. Так они горели с самого начала и так будут гореть вечно, хотя, при желании, мы можем гасить их свет [1].

Следуйте за мной, я покажу вам кое-что еще более поразительное. Эти плиты устанавливались на место с помощью блоков, приводимых в движение железными рычагами. Мы последовали за ним в благоговейном молчании — три маленькие, жалкие фигуры, такие одинокие в этом грандиозном Святилище, озаренном молнийным светом. Мы уже подошли к дальней стене, когда увидели, что направо и налево отходят такие же гигантские приделы, освещенные все тем же необыкновенным способом.

Орос велел нам остановиться; пока мы стояли в ожидании, с обеих сторон послышалось торжественное пение, и мы увидели, что из глубины приделов к нам направляются процессии жрецов в белых одеяниях. Обе процессии шли медленно, очень медленно; когда они приблизились, мы увидели, что справа идут жрецы, а слева — жрицы, и тех и других было около ста. Жрецы выстроились перед нами шеренгой; жрицы встали позади, тоже шеренгой; все они пели какой-то древний, глубоко волнующий гимн; затем, по знаку Ороса, мы двинулись дальше — по узкой галерее, которая замыкалась двойными деревянными дверями.

При нашем приближении и эти двери растворились: Только теперь мы поняли: По всему эллипсу, с одинаковыми промежутками, горели огненные столбы, однако было пусто. Впрочем, не совсем, в дальнем конце апсиды, между двух огненных столбов, стоял простой квадратный алтарь размером с небольшую комнату, задернутый впереди шитыми серебром занавесями.

Указание Указания по применению дорожных знаков - скачать бесплатно

Сверху, на фоне полированной черной скалы, высилась большая серебряная статуя, вся в отсветах пламени. Описать это прекрасное творение искусства — дело почти непосильное. Статуя изображала задрапированную в покрывала крылатую женщину зрелых лет, чьи очертания поражали своей чистотой и грациозностью; крылья были выгнуты вперед, и между ними, под их прикрытием, мы увидели малютку мальчика: Это был, очевидно, образ Материнства, но как передать то, что было запечатлено в ее лице и в личике ребенка?

Начну с младенца, маленького крепыша, пышущего здоровьем и радостью жизни. В населенных пунктах знак 2. На дорогах, обозначенных знаком 2. Для этого вне населенных пунктов знаки 2. Эти знаки, кроме того, что предоставляют приоритет в проезде перекрестка, перед которым они установлены, еще и предупреждают о приближении к перекрестку. Такое предупреждение в ряде случаев может оказаться своевременным, поскольку перекресток представляет собой место сосредоточения сразу нескольких опасностей.

К перекресткам тяготеют пешеходы, переходящие проезжую часть, остановки маршрутных транспортных средств, на перекрестке может оказаться стоящее транспортное средство например, ожидающее возможности повернуть налевопроезжая часть вблизи перекрестка при дожде может быть скользкой из-за грязи, занесенной с второстепенной дороги без покрытия, и.

В населенных пунктах знаки 2. Установка знаков приоритета в местах изменения направления главной дороги Вне населенных пунктов знаки 2. При необходимости знаки 2. Если дорога, на которой транспортные средства пользуются преимущественным правом проезда пересечений, в местах въезда на нее, имеет полосу разгона, знак 2.

При установке знаков 2. С этой целью знаки целесообразно устанавливать на некотором расстоянии от пересекаемой проезжей части, но не далее 20 м рис. Однако такое размещение знака 2. В противном случае водители обязаны остановиться перед знаком п. Прежде всего это целесообразно делать в местах, где в зимнее время водители не могут определить наличие или отсутствие покрытия на пересекающихся дорогах, что может привести к ошибке в определении очередности проезда перекрестка.

Необходимо иметь в виду, что наличие названия улицы и отсутствие название проезда не может служить основанием для определения очередности проезда. Допускается установка знака 2. Место установки знака должно быть выбрано так, чтобы водитель остановившегося транспортного средства мог видеть приближающийся поезд, но не более 10 м от крайнего рельса.

Решение об установке таких знаков должно быть принято после обследования переездов комиссией из представителей дистанции пути, Государственной автомобильной инспекции, дорожных, коммунальных и автотранспортных организаций.

При установке знака 2. С другой стороны участка следует установить знак 2. Пример предварительной установки знака 2. Если регулирование движения на узких участках дорог производится с помощью светофоров, они должны работать круглосуточно.

В таких случаях знаки 2. В случае проведения ремонтных работ на одной половине проезжей части знак 2. В том случае, когда сужение проезжей части дороги, вызванное ремонтными работами, происходит с двух сторон, знак 2. На участках дорог с продольным уклоном преимущество следует предоставлять транспортным средствам, которые движутся на подъем. На подходах к узкому участку следует устанавливать дополнительный знак 2.

Запрещающие знаки устанавливают, как правило, в случаях, когда необходимая организация движения не может быть обеспечена другими средствами и методами. Его действие не распространяется лишь на транспортные средства общего пользования, осуществляющие пассажирские перевозки по установленным маршрутам.

Ограничение на въезд в таком случае осуществляется путем установки знаков 3. При этом его целесообразно устанавливать только в конце участка рис.